Закрыть окно

РБК - «Ты обязан постоянно кормить рыбу»

Пресса о нас

РБК - «Ты обязан постоянно кормить рыбу»

Опубликовано: 08.10.2015


Глава «Русской аквакультуры» об убытках, болезнях и будущем рыбной индустрии 

Новый гендиректор одной из крупнейших компаний рыбного рынка «Русская аквакультура» (прежнее название — «Русское море») Илья Соснов рассказал РБК о работе после введения эмбарго и причинах многомиллионных убытков. 

Одна из крупнейших в сегменте дистрибуции и выращивания рыбы российских компаний ПАО «Русская аквакультура» (до февраля 2015 года — ГК «Русское море») Глеба Франка и Максима Воробьева с прошлого года терпит убытки на сотни миллионов рублей. Прошлогодние потери в компании связывают с обесцениванием рубля, потери этого года — с распространением лососевой вши — инфекции среди выращиваемой рыбы. В июле этого года пост гендиректора «Русской аквакультуры» досрочно покинул Дмитрий Дангауэр. Он возглавил «дочку» «Русской аквакультуры» — дистрибуционную Русскую рыбную компанию. Гендиректором «Русской аквакультуры» стал ее бывший финансовый директор Илья Соснов. В первом интервью в новой должности он рассказал о своей стратегии. 

«В прошлом году был первый урожай» 

— Сейчас у «Русской аквакультуры» два основных направления: дистрибуция и производство. Какое из них является приоритетным?

 — Оба приоритетные. С точки зрения P&L [отчета о прибылях и убытках], безусловно, дистрибуция приоритетна, она делает 90% от оборота. С точки зрения баланса аквакультура — это бизнес, который требует постоянных инвестиций. Ты обязан постоянно кормить рыбу, а значит, постоянно обновлять основные средства и вкладывать в развитие. 

— Сколько средств вы собираетесь инвестировать в аквакультуру в этом году? 

— Мы инвестировали в аквакультуру около 700 млн. руб. в первом полугодии. 

— Есть у вас представление, когда отобьются инвестиции в аквакультуру? 

— Аквакультура требует длинных инвестиций, потому что рыба в садках растет два-три года. Многих инвесторов отпугивает именно долгий процесс выращивания. Но у нас перед глазами есть яркие примеры успешного бизнеса в аквакультуре: например, рыночная стоимость компании Bakkafrost с Фарерских островов [занимается выращиванием лосося с 1980-х годов] сегодня — более чем $1,2 млрд, ее капитализация увеличилась в восемь раз за последние пять лет. 

— Аквакультурный бизнес в России сильно отличается от зарубежного? 

— Промышленная аквакультура в красной рыбе — это относительно новое явление для России. Норвегия проходила путь по созданию этого глобального бизнеса в течение 40 лет, мы же проходим его в ускоренном режиме. В 2014 году производство аквакультуры в России составило всего 159,8 тыс. т, тогда как добыча дикой рыбы в наших территориальных водах составила 4,3 млн. т. То есть доля искусственно выращенной рыбы составляет всего 3,5-4%. Это очень низкий показатель — маленькая Норвегия с 5 млн. населения выращивает более 1,2 млн. т красной рыбы в год. 

— Вы сейчас выращиваете только семгу и форель? 

— Да, мы выращиваем радужную форель и атлантического лосося (семгу). Другие виды пока выращивать не планируем. Кроме того, нам не известно ни одного успешного примера выращивания в России большого объема других видов красной рыбы. Есть Китай, который выращивает миллионы тонн карпа, тилапии, пангасиуса, но это совершенно другие климатические условия. На северо-западе России аквакультура в промышленных масштабах распространена только в виде семги и форели [ее выращивают «Русская аквакультура», «Русский лосось» и другие компании]. 

— Насколько успешно у вас получается выращивать эти виды? 

— В прошлом году мы реализовали на нашем рынке достигшую товарного веса семгу, и это был первый «урожай» с момента запуска проекта в 2011 году. 

— Какой у вас в этом году прогноз по вылову? 

— Мы не мерим годами. Объясню почему: процедура съема [рыбы из садков] не привязана к календарному году. Хотя финансовым аналитикам очень бы хотелось, чтобы съем был к нему привязан. Съем идет с сентября-октября и может продолжаться до января-февраля. Сейчас мы прогнозируем выловить к концу съема от 2 тыс. до 2,5 тыс. т семги и порядка 900 т форели [в 2014-2015 годах компания во время съема выловила 6,4 тыс. т семги и форели]. «Рынок проседает, потому что рыба - более дорогой протеин» 

— Можете сказать, как за последний год менялись объемы дистрибуции? 

— Объемы упали вслед за рынком. У дистрибуции они упали довольно сильно, потому что Русская рыбная компания [трейдинговая «дочка» «Русской аквакультуры»] традиционно фокусировалась на импорте из западных стран, соответственно, падение превысило 30%. Это нормально, потому что из- за введения санкций закрылись традиционные рынки. 

— После вашего назначения были предположения, что Дмитрий Дангауэр ушел на должность гендиректора «дочки» «Русской аквакультуры» — Русской рыбной компании из-за проблем с ее ростом. Рост выручки в дистрибуции замедлился с 41,1% по итогам 2013 года до 6,3% в 2014 году. Какая ситуация в этом сегменте сейчас? 

— В дистрибуции у нас отличный результат. Вы это можете увидеть в отчетности за первое полугодие 2015 года. Конечно, у нас не очень хорошие тренды в макроэкономике, и в стране идет изменение структуры потребления протеинов и их сокращение. По последней информации, которая у меня есть, потребление рыбы на душу населения за первое полугодие 2015 года снизилось на 19% [по отношению к аналогичному периоду 2014 года]. Рынок проседает, потому что рыба — более дорогой протеин, чем другие продукты с его содержанием, в первую очередь курица. А насколько я знаю, люди не стали больше в рублях получать. 

— С какими поставщиками сейчас работает Русская рыбная компания? 

— Раньше они работали в первую очередь с Норвегией и Исландией. Сейчас это в основном Азия и Латинская Америка. Но сейчас мы активно сотрудничаем и с Фарерскими островами [входят в состав Дании, но не попадают под российское эмбарго]. 

— Есть какие-то сложности с доставкой рыбы из дальних стран?

 — Логистика отлажена очень хорошо, это одно из ключевых конкурентных преимуществ Русской рыбной компании. Сегодня это единственная компания, которая продает рыбу сотнями тысяч тонн и имеет сеть в 18 филиалов по стране. Единственное, когда мы резко переориентировались на Фарерские острова, логистика увеличилась примерно на два дня. 

— У вас собственная логистика? 

— Нет, логистика полностью не своя, компания не обладает ни флотом грузовиков, ни рефсекциями [рефрижераторными вагонами], ничем. Мы работаем через партнеров. 

— Как выросли цены на рыбу, если сравнивать за прошедший год? 

— Рыба всегда была относительно дорогой. У производителя рыбы всегда есть выбор — уйти на экспорт или поставлять ее на внутренний рынок, поэтому рублевая цена на рыбу в некоторой степени следует за долларовой. И при девальвации, естественно, рублевые цены подскочили наверх. На сколько — я сейчас не владею статистикой. Думаю, что цена на рыбу в рублях выросла примерно на 30-40%. «Мы не имеем права расстраиваться и тихо плакать в углу» 

— Вы говорили, что на дистрибуцию приходится около 90% выручки группы. Как, по вашему мнению, будет меняться соотношение выручки по дистрибуции и аквакультуре в дальнейшем? 

— Очень хочется, чтобы оно таким же оставалось — чтобы росла и аквакультура, и дистрибуция, но соотношение при этом держалось. Если же говорить серьезно, то аквакультура — рентабельный бизнес, его оборот сам по себе не очень большой, но прибыль достаточно высокая. А дистрибуция, наоборот, бизнес малорентабельный, но с высоким оборотом. Чем больше обороты, тем выше доходность на инвестированный капитал. Поэтому само по себе это процентное соотношение ни о чем не говорит, это разные бизнесы, и сравнивать их по обороту не вполне правильно. Я думаю, что при успешной реализации планов развития доля аквакультуры в общем обороте дойдет до 25%. В таком случае величина прибыли от аквакультуры может обогнать дистрибуцию. Это нормально, потому что и денег в ее развитие вложено больше. 

— «Русская аквакультура» продемонстрировала чистый убыток более 400 млн. руб. в прошлом году и более 300 млн. руб. в первом полугодии текущего года. В чем, на ваш взгляд, главные причины? 

— Вошь, рост процентных ставок, удорожание валютных кормов, потери. И, конечно, это не добавляет оптимизма никому — ни акционерам, ни банкам. Менеджмент тоже не имеет поводов для радости, но мы не имеем права расстраиваться и тихо плакать в углу. Мы смотрим на все это как на трудности, которые мы обязаны преодолеть. Если бы в свое время норвежские или чилийские производители остановились и бросили построение этого бизнеса, они бы не добились таких результатов, как сейчас. А это мировые лидеры. 

— Вы говорите о нападении лососевой вши на вашу рыбу весной этого года? 

— Лососевая вошь — это огромная проблема для всей аквакультуры. В этом нет ничего нового. Например, как я читал в СМИ, в Норвегии за первое полугодие 2015 года убытки от лососевых вшей составили $400 млн. Это огромные цифры. В России есть определенное преимущество, как обычно, оно связано с холодом и морозом — из-за них распространение вши происходит не так быстро, как у норвежцев. Наша задача — минимизировать потери рыбы, потому что в принципе она растет сама, нужно только подсыпать ей корм. А растет рыба сумасшедшими темпами — 1% веса в день прибавляет. С другой стороны, все в жизни сбалансировано. У рыбы есть возможность быстро расти, но ее иммунная система, защитные механизмы довольно слабые, и если с ней что-то случается — вошь, бактерии, вирусы, то она вся быстро гибнет. 

— По итогам этого года ожидаете чистый убыток? 

— Я думаю, что будет убыток. 

— Я правильно понимаю, что на Дальнем Востоке у «Русской аквакультуры» нет собственного производства?

 — На Дальнем Востоке мы ничего не выращиваем. Но у Русской рыбной компании там есть трейдинговый бизнес. То, что называется аквакультурой на Дальнем Востоке, и то, чем мы занимаемся, — это немножко разные бизнесы, потому что они выпускают в открытое море малька и потом ловят их из открытой акватории. А мы выращиваем рыбу в садке [в отдельно огороженной части водоема]. На Дальнем Востоке же выращивания садковой аквакультуры в принципе нет. Мы не исключаем для себя возможность выхода на Дальний Восток, но наш основной фокус — это семга и форель на северо-западе. 

— В прошлом году зять Геннадия Тимченко Глеб Франк стал крупнейшим акционером «Русской аквакультуры» после продажи ему доли Геннадия Тимченко. С чем был связан уход Тимченко из компании? 

— Вопрос к Геннадию Николаевичу [Тимченко] и Глебу Сергеевичу [Франку]. 

*** Илья Соснов 

Возглавляет «Русскую аквакультуру» с 20 июля. Параллельно является гендиректором дочерней компании «Русское море — Аквакультура». Родился в 1978 году. В 1999 году окончил экономический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова. После учебы Соснов несколько лет работал в аудиторской компании PricewaterhouseCoopers, затем ушел в нефтяную отрасль — последовательно занимал должности заместителя финансового директора в ЮКОС ЭП и финансового директора в «Салаватнефтеоргсинтезе». В 2009 году он получил должность заместителя гендиректора по экономике и финансам в компании «Сибур — Русские шины». В рыбную отрасль Соснов пришел в 2011 году — на должность финансового директора в компанию «Русское море — Добыча» (с 2014 года — Русская рыбопромышленная компания), которую занимает по сей день. Эта компания — другой проект совладельцев «Русской аквакультуры» Глеба Франка и Максима Воробьева. В 2012 году, по словам Соснова, они предложили ему совместить уже занимаемую должность с аналогичной в ГК «Русское море». «Через год группа продала свой бизнес по переработке рыбы, и я ушел из «Русского моря». Тогда было очень важно сосредоточиться на «Добыче», потому что в это время она заключила самую большую сделку в своей истории, по итогам которой купила за $350 млн. две большие компании (ОАО «Турниф» и ЗАО «Интрарос»)», — объяснил Соснов РБК. В «Русское море» он вернулся в середине 2015 года, когда группа компаний уже превратилась в «Русскую аквакультуру».

*** Рыбный рынок России в цифрах 

4.3 млн. т дикой красной рыбы было добыто в РФ в 2014 году, 

3.4 млн. т — на 6.10.2015 г (на 5,9% больше, чем годом ранее) 

159,8 тыс. т красной рыбы было произведено в 2014 г. в России промышленным способом 

299 млн. руб. — субсидии из федерального бюджета на поддержку товарной аквакультуры в 2015 г 509,6 млн. руб. планируется выделить в 2016 г. 

В I полугодии 2015 г.: 216,6 тыс. т рыбы и морепродуктов было импортировано в Россию (385,9 тыс. т — в январе-июне 2014 года) 

На 21% реже россияне стали покупать рыбу и морепродукты 

На 25% вырос средний чек россиянина, покупающего рыбу и морепродукты 

Источники: Росрыболовство, РОМИР, ФТС, «Русская аквакультура» 

*** Высокая аквакультура 

Публичное акционерное общество «Русская аквакультура» (до 18 февраля имело статус открытого акционерного общества и называлось «Группа компаний «Русское море») — один из крупнейших в России дистрибьюторов и разводчиков рыбы. Занимает 425-е место в рейтинге РБК 500 с выручкой 19,2 млрд. руб. в 2014 году. 

Группа основана в 1997 году братьями Максимом и Андреем Воробьевыми (последний занимает пост губернатора Московской области). Изначально импортировала сельдь и скумбрию из Норвегии (для развития дистрибутивного направления была создана Русская рыбная компания), спустя год занялась переработкой рыбы и производством готовой продукции под брендом «Русское море» (для этого был открыт завод в подмосковном Ногинске), а в 2007 году вышла в сегмент аквакультуры (товарное выращивание рыбы), купив форелеводческое хозяйство «Сегозерское» в Карелии и создав на его базе компанию «Русское море — Аквакультура». 

До 2013 года группа была одним из крупнейших в стране переработчиков рыбы, но в феврале она продала ногинский завод и бренд «Русское море» (за $52 млн), чтобы сосредоточиться на выращивании рыбы — сейчас это семга и форель. 

Летом 2011 года в списке акционеров компании появился один из богатейших бизнесменов России Геннадий Тимченко. Тогда RG Group Максима Воробьева и Volga Resources Тимченко создали совместную компанию Rsea Holdings, которая стала владельцем 60,94% акций компании. Летом 2014 года Тимченко продал свой пакет зятю Глебу Франку. Деталей сделки стороны не раскрывали. Сейчас Франк является крупнейшим акционером «Русской аквакультуры» с долей 37,13%. 

Выручка «Русской аквакультуры» в 2014 году увеличилась относительно 2013 года на 6,5%. В то же время компания завершила прошлый год с чистым убытком в 407,1 млн. руб. (против прибыли в 452,7 млн. руб. в 2013 году). 

В прошлом году «Русская аквакультура» произвела первый съем выращенной рыбы, ее продажи составили 5,1 тыс. т. Продажи в сегменте дистрибуции снизились на 9,4%, до 143,2 тыс. т. 

Компания торгуется на Московской бирже с 2010 года, ее капитализация по состоянию на 7 октября составила 3,6 млрд. руб. 

Как пишут «Ведомости», к 2019-2020 годам «Русская аквакультура» намерена увеличить производство охлажденной рыбы для внутреннего рынка относительно 2014-2015 годов в четыре раза, не менее чем до 21 тыс. т. Компания также планирует построить завод по выращиванию малька семги мощностью до 12 млн. штук смолта в год и завод по производству кормов мощностью до 80 тыс. т в год. Инвестиции в проект, по данным компании, могут составить более 13 млрд. руб. 

Марина Кругликова

Наш адрес: 121087, Москва, ул. Барклая, д. 6, стр. 3
Телефон:+ 7 (495) 988 6081
Электронная почта: info@romir.ru

© 2018
Ромир
Условия использования