Expert - «Ватники». Мы узнали о вас в 2000-м

2015-07-20

Почему мы заинтересовались средним классом? Причин две. Первая: хаос и негатив, в который погрузилась страна в начале 1990-х. Плоский и прогнозируемый советский социальный мир несправедливо развалился, казалось, на две составляющие - очень мало богатых и очень много бедных. Между ними существовала хаотичная группа в основном молодых людей, которые, наплевав на бедность, с энтузиазмом старались использовать новые возможности. Именно для них мы и работали. А они хотели структурировать окружающий мир. И это вторая причина интереса к среднему классу. Академический бэкграунд заставлял искать систему во всем. В ход шли разные находки из структурированного западного мира. Одной из них и был средний класс. 

В конце 1990-х и после кризиса 2000-х средний класс оказался главным двигателем развития - и экономического, и общественного. В 2001-м мы сделали прогнозы потребления среднего класс в России, назвав ключевые рынки роста: кафе и рестораны, мобильная связь, потребительский кредит, фитнесс, автомобили, позже платное здравоохранение. Опираясь на примитивную идею, что более бедные будут стремиться к стандартам более обеспеченных, а те, в свою очередь, пройдут по траектории потребительского бума американцев в 1960-е годы, мы сделали удивительно точные по темпам роста прогнозы. 

Бум 2000-х дал развиться всем перечисленным рынкам. Но «средние русские» были не только потребителями. Они были свободолюбивыми в личном плане и волевыми профессионалами. Они были умеренными националистами и рациональными в политическом смысле людьми: хотели порядка в государстве и были готовы поступиться для этого некоторыми демократическими свободами. Все это не гипотезы, а факты, проверенные многотысячными исследованиями, проведенными «Экспертом» с партнерами в лице «Комкона» и «Ромира» в течение пяти лет. 

Именно национально-патриотический настрой «средних русских» позволили нам как стране не уйти в «Майдан», поддержать нашу победу в грузинском конфликте, принять Крым. В абсолютном большинстве «средние русские» оказались «ватниками», а не «белоленточниками». Но, к сожалению, в сфере не большой народной, фактически президентской политики, а в сфере узкой публичной политики их идеи оказались не востребованы ни партиями, ни медиа. 

В 2004 году, накануне выборов, мы провели исследования политических предпочтений среднего класса, а потом «наложили» эти предпочтения на динамику голосов отдаваемых партиям и разделу «против всех». Этот, тоже несложный, арифметический расчет показал, что средний класс не собирается голосовать ни за Союз правых сил, ни за «Яблоко»; а если забрать всех «выбывающих» от коммунистов и ЛДПР и совместить их с «против всех», то можно обеспечить победу новой партии. С учетом патриотизма, профессионализма и приверженности рыночной экономике партия эта должна носить название Либерально-консервативной, и, по тогдашним расчетам, она уже в 2008 году должна была набрать 38%. Такой партии не появилось. 

Не нашлось интеллектуальной силы и на самом деле заказчика, который бы заставил сформулировать полноценную идеологию этой партии. Вы скажете: чего им не хватает, этим средним русским? На рынке есть весь спектр. На самом деле им не хватает в политическом поле того, что у них есть в личном поле: профессионализма, воли к созиданию, глубокого уважения к своей стране, не столько к ее достижениям, сколько к возможностям.

 «Средние русские» сегодня хотят работать, а не есть устриц, они разочарованы отсутствием роста количества качественных рабочих мест, они хотят производить, они понимают, что такое протекционизм, и крайне недовольны избыточными кредитами, которые взяли из-за слишком высокой цены жилья. Да, они не любят Америку за ее агрессивность и презирают Европу за ее слабость в вопросе сохранения мира, но этим в политике их уже не «купить». Востребованная «ватниками» политика - та, которая организует хозяйственный рост с опорой на собственные силы. 

Почему не происходит смыкания столь полезных для страны чаяний с некоей политической силой? Мы думаем, что проблема в чрезвычайной монолитности и толстокожести элиты. Правительство, Дума, госсектор не чувствуют глобальных рисков страшного хозяйственного провала, который уже со всей силой бьет по «ватникам». 

А экономическая элита, вырастив за собой слой молодых эффективных госслужащих, продолжает делать вид, что ее бессистемные усилия по выводу страны из кризиса есть научно обоснованный план. Между тем надо понимать, что безработный средний класс, не космополитичный, а любящий свою родину, - сегодня подобен пролетариату. Ему уже практически нечего терять, кроме своих долгов.