Коммерсантъ - Партнерство без коррупции

2014-03-13

Борьба с коррупцией и в целом укрепление верховенства закона в России — одно из ключевых направлений сотрудничества Москвы и Евросоюза. Стремление к прозрачности работы бизнеса и искоренению в России порочной практики ежегодно обходится ЕС в сотни тысяч евро, однако эксперты уверены: в этом заинтересованы обе стороны. 

Давняя история 

Хотя историки возводят борьбу со взяточничеством на Руси еще к концу XIV века (в Псковской судной грамоте — нормативном гражданско-правовом кодексе, датированном 1397 годом,— говорится: «А тайных посулов (взяток.— “Ъ”) не имати ни князю, ни посаднику»), эксперты считают борьбу с коррупцией куда более молодым явлением, причем не только в России. «Понимание необходимости выработки систематического подхода в борьбе с коррупцией появилось в Европе совсем недавно — в начале 1990-х годов»,— напомнила в беседе с “Ъ” глава российского отделения Transparensy International (TI) Елена Панфилова. 

Первый свод рекомендаций по борьбе со взяточничеством Организации экономического сотрудничества и развития появился в 1994 году, Конвенция Совета Европы об уголовной и гражданско-правовой ответственности за коррупцию — в 1999 году, Концепция ООН против коррупции — только в 2003 году. Россия, в свою очередь, подписала Конвенцию Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию только в 2006 году, а единое антикоррупционное управление в администрации президента было создано и вовсе только в декабре прошлого года. Неудивительно, что в Декларации о партнерстве во имя модернизации эффективная судебная система и борьба с коррупцией включены в перечень важнейших направлений совместной работы Москвы и Брюсселя. Теме борьбы с коррупцией был посвящен ряд проектов в рамках программы Евросоюза TACIS («Техническая помощь Содружеству независимых государств»). 

Еще в середине 2000-х годов, например, очень важным и значительным компонентом проектов в области экономических реформ были проекты по разработке эффективных мер борьбы с отмыванием денег. В то же время, по словам Елены Панфиловой, «в отсутствие единой скоординированной национальной и международной стратегии сотрудничество России со странами Европы в области борьбы с коррупцией долгое время сводилось к мониторингу выполнения Россией своих обязательств». 

«Самое интересное происходит на местах» 

Значительно раньше, чем любые государственные программы,— еще с начала 2000-х — в России стали появляться и инициативы «снизу», исходящие от бизнеса и общественных институтов. Часть из них находила и находит поддержку не только в России, но и за рубежом, например проект TI—Россия «Гражданская антикоррупционная инициатива», которым руководит госпожа Панфилова. Проект рассчитан на 2014 год и ставит перед собой две задачи: с одной стороны, аудит действующих гражданских антикоррупционных проектов, с другой — обучение тех, кто «хочет, но пока не может» вести собственную деятельность по гражданскому антикоррупционному контролю. Финансирование — чуть меньше €300 тыс.— проект получил, выиграв конкурс по программе «Европейский инструмент в области демократии и прав человека», в рамках которой ЕС поддерживает инициативы неправительственных организаций. Хотя отдельного приоритета по борьбе с коррупцией в этой программе нет, грант выиграла заявка Центра TI—Россия. 

«Мы будем не столько сами кого-то чему-то учить, сколько помогать координации распространения гражданских антикоррупционных знаний. И будем, конечно, в процессе учиться сами»,— рассказывает госпожа Панфилова. При развитии сети центров антикоррупционных знаний и проектов антикоррупционного образования будет учитываться и региональная специфика. «На слуху у большинства всего несколько проектов вроде “Роспила” или “Декларатора”, но на самом деле все самое интересное происходит на местах, где работают совершенно фантастические люди»,— уверена госпожа Панфилова. Организаторы надеются привлечь и внимание молодежи, показав через семинары и конкурсы, как коррупция угрожает обществу и каждому из них. 

«Многие из них считают, что коррупция была всегда, что она помогает в жизни и может быть комфортной,— сетует глава TI—Россия.— Но мы обязаны изменить такое отношение. Ведь настоящие достижения в области борьбы с коррупцией будут делать уже они». «Обратиться к власти и заявить на коррупционера выгоднее и безопаснее» В борьбе с коррупцией Евросоюз оказывает финансовую поддержку не только общественным инициативам. Так, на Программу по защите прав предпринимателей ЕС (при участии Совета Европы) выделил €1,3 млн. При этом главным исполнителем со стороны России является государственная структура — аппарат уполномоченного по правам предпринимателей при президенте РФ Бориса Титова. 

Рассчитанная на полтора года программа должна укрепить механизмы по защите прав предпринимателей от коррупционных практик. Она включает в себя несколько направлений: изучение европейского опыта и практик, обучающие программы для предпринимателей, развитие практик по защите заявителей (вместе с отделом по борьбе с экономическими преступлениями при МВД РФ), расширение практики оказания юридической помощи на общественных началах — так называемой pro bono. 

Весь опыт проведения программы должен быть в дальнейшем учтен экспертным советом при бизнес-омбудсмене при разработке законодательных и общественных инициатив. «Нельзя бороться с коррупцией, просто запрещая ее,— рассказал господин Титов в беседе с “Ъ”.— Необходимо развивать новые практики, образовывать, учить, чтобы предприниматели знали, как реагировать на какие-то коррупционные проявления, понимали, что работать по-честному намного выгоднее и безопаснее, чем давать взятки. Потому что, один раз дав взятку, ты садишься на крючок, с которого никогда не сможешь слезть, и это будет иметь серьезное негативное влияние на бизнес». «Предприниматель должен понимать, что обратиться к власти и заявить на коррупционера не только выгоднее, но и безопаснее в будущем»,— уверен Борис Титов. 

По его словам, интерес ЕС к развитию антикоррупционных практик в России понятен. «Конечно, у нас коррупция, особенно в области предпринимательства, развита больше, но ЕС это тоже волнует: это зло, которое существует и у них, и у нас, и тормозит развитие общественных процессов и экономики,— полагает омбудсмен.— Европа заинтересована в надежной, предсказуемой, цивилизованной России и поэтому выделяет средства для борьбы с очень нецивилизованной практикой коррупции в нашей стране». С этим согласны и другие собеседники “Ъ”, по мнению которых тема борьбы с коррупцией находит понимание в ЕС, а потому согласование программ и финансирования проходит достаточно легко. 

«ЕС не “инвестирует” деньги в борьбу с коррупцией в России,— уточнили “Ъ” в представительстве ЕС в РФ.— Выделяя финансирование, ЕС способствует работе проектов, в которых партнеры и с российской, и с европейской стороны прилагают совместные усилия для определения и внедрения действенных мер по борьбе с коррупцией». Опыт, собранный в российской практике, может, в свою очередь, пригодиться и для борьбы с коррупцией в ЕС. «Сегодня в ЕС много молодых стран, у которых не все проблемы с коррупцией пока решены,— напомнил господин Титов.— По крайней мере, в восточно-европейских странах может быть востребован наш опыт объединения общественного ресурса с государственным в рамках института уполномоченного, его структура и первые результаты работы».

При этом эксперты уверены, что отдельные российские и международные проекты останутся неэффективными без системных реформ. «Коррупция в современной России — это в первую очередь компенсация неэффективности системы госуправления, и нужно не бороться с симптомами, а срочно делать систему управления, адекватную времени»,— напомнил “Ъ” социолог президент исследовательского холдинга «Ромир» Андрей Милехин. Именно его компания в составе международной ассоциации Gallup International/WIN проводит для TI ежегодное исследование «Барометр коррупции». 

В то же время господин Милехин призывает не воспринимать нынешнее положение в излишне мрачных тонах: «Хотя ситуация в России с коррупцией далеко не благополучная, надо смотреть на нее комплексно». По его словам, в СМИ относительно России «нередко вбрасываются только выборочные, наиболее невыгодные показатели, по которым Россия оказывается вровень с самыми отсталыми странами». Например, в коррумпированности полиции и чиновничества уверены соответственно 84% и 88% российских граждан, и по этому показателю Россия действительно стоит рядом с такими странами, как Боливия, Камерун или Венесуэла. В то же время по уровню коррумпированности, например, политических партий (64%) Россия оказалась по соседству с такими благополучными странами, как США, Япония и Франция.

Галина Дудина