Независимая газета - Недоверие к дающим

2015-10-20

Бизнес мечтает о налоговых льготах на благотоворительные цели, хотя не всегда эти средства доходят до адресатов

Как-то так сложилось в современной России, что к благотворительности всегда отношение недоверчивое. Если этим занимается бизнес, значит, явно стремится каким-то образом уйти от налогов, если это просто граждане, волонтеры-добровольцы, значит хотят влезть во что-то такое, чего их не касается. А если именно тебя понуждает сделать что-то доброе и нужное для других, в этом нуждающихся, то – я бы с большим удовольствием, но, к сожалению. у меня сейчас нет возможности, денег, времени, – подставляйте любое словосочетание сами. 

Но ведь и в самом деле, были времена у российского бизнеса, когда через формы благотворительной деятельности можно было провести затраты на презентацию, командировки за границу, банкеты и прочие необходимы мероприятия. А теперь, когда государство законодательно ликвидировало былые налоговые льготы на благотворительность, обнаружилось, что те кто хотел давать тогда, помогает и сейчас. И это применимо и к целым компаниям, и к отдельным гражданам. «НГ-политика», на основе данных «Медиалогии», попыталась понять, с какими основными проблемами приходится сталкиваться благотворительности в нашей стране. 

В начале нулевых, судя по сообщениям СМИ, благотворительность находилась в состоянии упадка. Такой вывод делала, в частности, газета «Ведомости», опираясь на данных социологических исследований. 

Исследовательский центр РОМИР в 2002 году представил данные опроса, из которых следовало, что россияне не доверяют западным формам благотворительности – фондам, движениям и союзам. Основная причина такого отношения состояла в том, что как частные граждане, так и коммерческие компании не понимали деятельности подобных структур в принципе. Оттого и недоверие к таким непонятным категориям помощи: раз дают что, значит, что-то захотят взамен, очевидно, предполагало большинство российских граждан, воспитанных на известной присказке, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. А сами потенциальные благотворители говорили, что хотели бы видеть, на что конкретно они отдают свои деньги и иметь представление о результате от этого: передача средств через благотворительный фонд выглядела для них слишком абстрактно. 

Неоднозначным было отношение к благотворительности и со стороны государства. В 2004 году «Коммерсантъ» писал, что «зеленый свет», данный благотворительности в 90-е обернулся рядом скандалов. В пример приводились нестандартные ситуации, связанные с благотворительностью РПЦ и Национальным фондом спорта. Эти и близкие к ним структуры получали от правительства льготы на беспошлинный ввоз товаров, однако впоследствии оказывалось, что использовались они для ввоза табачной и алкогольной продукции. 

Во многом из-за подобных ситуаций, критично воспринимаемых обществом, государство на какой-то период законодательно устранила различные виды льгот для благотворителей, что и приводило к небольшому количеству желающих заниматься подобным видом деятельности. Власти было удобнее и легче предполагать, что благотворительность способствует разным формам отмывания и вывода средств коммерческими компаниями, чем продумать вполне внятные и прозрачные схемы подобной деятельности. 

Например, в 2005 году и.о. управделами ООО «ЮКОС-Москва» Алексей Курцин был обвинен в растрате и отмывании 342 млн руб. По версии следствия, эти деньги были списаны в 2004 году со счетов ЮКОСа под видом благотворительной помощи общественным организациями и фондам. Курцин был осужден на 14 лет колонии строгого режима. 

Несмотря на это, представители предпринимательского сообщества по-прежнему продолжали утверждать, что готовы исполнять определенные благотворительные функции, но для этого им как минимум необходимо получить возможность исключать суммы, потраченные на благотворительность из налогооблагаемой базы. 

Графические данные предоставлены информационно-аналитической компанией «Медиалогия» 

Более того, постоянно шли разговоры о том, что получатели помощи также должны освобождаться от выплаты подоходного налога. Говорилось о том, что сохранение налога фактически приводило к тому, что если кто и наживался на благотворительности, так это само государство. 

В этом плане показательна встреча на тот момент первого вице-премьера Дмитрия Медведева с предпринимателями. Тогда речь шла о так называемых эндаументах – целевых фондах, взносы в которые вычитаются из базы по налогу на прибыль. Именно через эти фонды бизнес и должен был поддерживать благотворительные и социальные проекты. И средства, идущие через подобные структуры, предлагалось освободить от налогов. Последовавший закон об эндаументах называли прорывным. Однако с проблемой подоходного налога получателями помощи все было сложнее. На той встрече эту проблему обозначил председатель правления Сбербанка Андрей Казьмин. По его словам, из-за налога бизнесу фактически приходилось заранее включать деньги, необходимые для его уплаты, в сумму пожертвования. Однако тогда Медведев не внял подобным аргументам. 

Только в 2011 году, уже на излете своей президентской карьеры, Медведев подписал поправки, которые отменяли данный налог с получателей благотворительной помощи. 

В конце 2011 года в Общественной палате РФ был впервые представлен доклад о состоянии благотворительности в России. Как писал «Коммерсантъ», из него следовало, что большая часть граждан по-прежнему не доверяет благотворительным организациями. 

В документе отмечался показательный скандал с фондом «Федерация». В 2010 году он организовал посещение детских отделений онкологии в больницах Санкт-Петербурга различными звездами, а также организовал концерт, в котором участвовал тогда бывший премьер-министром Владимир Путин. Однако позже выяснилось, что фонд так и не направил реальные деньги в больницы. 

Доклад также содержал ссылки на данные ВЦИОМа, согласно которым 24,3% респондентов осуществляли подаяния нищим на улице, но при этом только 10,1 делали пожертвования благотворительным организациям. В докладе отмечалось, что в России до сих пор не нормализовано законодательство в области благотворительности. Помимо этого упоминался недостаток удобных механизмов жертвования средств. В документе говорилось, что одним из самых популярных способом жертвования на Западе является договор с банком о ежемесячном отчислении удобной для человека суммы. 

Сейчас на проблемы благотворительности влияет еще и кризис. Так, согласно опросу Национального агентства финансовых исследований, проведенному в мае 2015 года, четверть россиян отдает на благотворительные нужды денег много меньше, чем раньше. В Сибирском федеральном округе, например, только 36% населения жертвует столько же, сколько и раньше. В целом, согласно исследованию, только 34% граждан за последний год делали отчисления на благотворительность. Причем по-прежнему доминирует прямое жертвование, когда помощь передается лично в руки, а не через благотворительные организации. 

А все же недавний тренд со стороны власти – позитивный: предполагается поддерживать НКО повышенной социальной пользы. СМИ пишут о том, что в ближайшее время будут разработаны поправки в законодательство, которые предоставят таким структурам различные льготы и благоприятные условия для работы. Однако вопрос в том, будет ли этого достаточно, чтобы мотивировать предпринимателей и других граждан направлять через них деньги на благотворительные нужды. 

Павел Воронцов