Новая газета. Возвращение блудной демократии

2011-06-16
Сенсационные итоги соцопроса: россияне считают демократию официальной идеологией страны

Сдается, что времена, когда слова «демократия» и «демократ» носили преимущественно ругательный характер (с характерным добавлением после первого слога буквы «р» и мягкого знака), уходят в прошлое. Без двух месяцев 20 лет, прошедшие после августовской антисоветской номенклатурно-демократической революции, смягчили политические акценты в некогда кипевшем возмущениями и восторгами отечественном общественном мнении.

Знаковый и глубоко символичный результат этапной трансформации массового сознания обнаружили и обнародовали социологи исследовательского холдинга Ромир. В партнерстве с легендарными основателями мирового опросного дела из американской Gallup International они провели общенациональное исследование среди взрослого населения России, в ходе которого было установлено: россияне считают, что живут в стране, официальной идеологией которой является демократия, она же власть демоса-народа.

Правда, мнение это вовсе не единодушно, о демократии в качестве официальной идеологии заявили лишь около трети участников исследования (31,7%). Однако семь других идеологических систем, предложенных на выбор респондентам, даже вместе взятые, и близко столько голосов не набрали. Капиталистическую идею выбрали около 8% опрошенных, державную назвали чуть больше 5%, либеральную — всего 3,1%, что почти на грани статистической погрешности опроса. Другие идейные направления (патриотическое, коммунистическое, консервативное и социалистическое) пользуются настолько низкой степенью поддержки, что перспективы политических партий соответствующей направленности иначе, как туманными, не назвать. С другой стороны, все же нашлись в стране уникальные или просто веселые люди, считающие, что в Кремле и Доме правительства исповедуют учение Маркса-Ленина-Сталина, или ценности классического либерализма.

Политологи и социологи сразу же выдвинули три версии, объясняющие именно такой выбор россиян. Первая — квазилояльная, согласно которой граждане «согласны с лозунгами правящей партии и потому уверены, что живут в демократической стране» (так написано в пресс-релизе самого Ромира).

Вторая версия банальнее, но ближе к реальности. Многие люди либо вправду читали, либо что-то слышали про первую статью Конституции, где та самая демократия прописана. А также пользовались последние 18 лет услугами СМИ, которые, по крайней мере в телевизоре, довели упоминание демократии до автоматизма и фонового шума.

Наконец, третье, наиболее осмысленное, толкование цифр социологов заключалось в том, что народ по большей части вполне доволен уровнем существующих сегодня в России демократических свобод и качеством институций. Возвращаться к советской духовной жвачке он хочет, чем дальше, тем меньше, либерализм презирает и ненавидит, как раньше презирал «дерьмократов», а капитализм как идеологию не слишком принимает — какая же в наживе идея? Что же до патриотизма, державности и консерватизма, то они явно навевают на обывателей тоску, вызывают подозрения в неискренности их пропагандистов, и в то же время пугают агрессивностью истовых последователей.

В свою очередь, критики из вольнолюбивых кругов данные Ромира предали анафеме. Какая демократия, если разделения властей не просматривается даже в лупу, суды зависимы, свобода слова присутствует местами, а о подотчетности властей и честных выборах речь не идет уже с конца прошлого столетия. Все так, но эти самодержавные стигматы государства по-прежнему находятся на периферии массового интереса. Даже несмотря на заметный рост критического настроя населения в отношении тотально ворующей, неэффективной и поднадоевшей правящей группы товарищей.

Подтверждением служит проведенное зимой исследование Левада-центра об отношении к демократии. Как и все последнее десятилетие, большинство наших граждан с более чем двукратным перевесом над несогласными (56% против 23%) предпочитает «порядок, даже если для его достижения придется пойти на некоторые нарушения демократических принципов и ограничения личных свобод». А сама демократия понимается прежде всего как свобода слова и веры, порядок/стабильность и экономическое благополучие. Причем гарантия прав меньшинств — безусловная альфа и омега демократии западной — оказалась по значимости лишь на 8-м месте со столь же невеликими 8% поддержки.

И все же утверждение, что демократическая идея все сильнее овладевает умами, не так уж беспочвенно и натянуто, как кажется. Хотя бы потому, что большинством голосов (почти 40%) респонденты Ромира вообще отказались признавать за какой-либо идеологией статус официальной, сиречь единственно верной. Возможно, в процессе нашего моисеева перехода к свободе в головах и делах это стало одним из важнейших достижений минувшего двадцатилетия.